Оксана Скорик: "Я чувствую, что могу и должна больше"

 

Говоря про Оксану Скорик, обычно упоминают восхитительные линии или фильм «Прекрасная трагедия». Но об этой балерине известно намного меньше, чем она того заслуживает, и сегодня Оксана приоткроет нам тайны своего мира в искусстве. Бывает, что рождаются те, кому предначертано стать балериной из будущего.

Вы осознаёте, что Вы одна из самых талантливых молодых балерин в мире?

На самом деле ничего подобного я не осознаю. В мире безумное количество очень талантливых, способных, одаренных танцовщиков! Балетное искусство стремительно прогрессирует, даже не знаешь, что же люди смогут делать через десять лет! Но я всё-таки надеюсь, что буду идти в ногу со временем. Я работаю на свой максимум,и редко сравниваю свои возможности с чьими-то другими.

О вас говорят, что Вы сложная балерина, Вы легко раздражаетесь?

Без характера в профессии "артист балета" делать нечего. Нужно упорство, трудолюбие и внутренний напор даже иметь наглость желать танцевать какую-то партию. Да, я требовательна к себе, и порой так же к партнерам, пианистам... Конечно, я расстраиваюсь, если пробуешь и пробуешь, а оно все не получается. Но важен ведь результат. Мы все ради него и работаем в зале.

За все эти годы в Мариинском театре произошел колоссальный прогресс в Вашем исполнении и технически, и в актерской игре. Уверенность в себе пришла постепенно или после какого-то события?

В училище у нас было очень мало практики. Те редкие выходы на сцену в роли пажика в "Спящей красавице" в оперном театре не смогли придать уверенности в собственных силах. На втором курсе только пошли вариации на конкурсе и небольшие сольные партии в школьных спектаклях. Для меня это всегда было каким-то значимым событием с лозунгом "дожить до конца". Притом я даже не могла понять, какие же чувства я испытывала при выходе на сцену. Просто было очень страшно. Даже когда пришла в Мариинский театр и весь первый сезон участвовала только в кордебалете, страха меньше не стало. А потом первые сольные выходы воспринимала как манну небесную, как одноразовую акцию, не осознавая всю суть партий, которые мне давали. Возможно, в один момент такой "страх и ужас" перед сценой ушел... это была “Жизель” с Тимуром Аскеровым. Для него тогда это была премьера, и я за него переживала больше, чем за себя. Поэтому за кулисами меня трясло, но, выйдя из-за двери домика Жизели, я поняла, что истинно счастлива. Что не играю на сцене любовь, а танцую её по-настоящему. И что так и должно быть. Пожалуй, только после Московского конкурса в 2013 году удалось избавиться от "оков страха перед зрителем". Там я обрела новый опыт и друзей. Определила, что для меня главное в профессии,ч ем я могу удивить и порадовать зрителя. После того конкурса мне уже ничего не страшно…

Болят ли у Вас ноги? Сложно ли Вам делать утренний класс?

Ноги... Иногда болят так, что идти не могу. Но это бывает крайне редко. У каждой роли есть свои особенности, работают разные группы мышц: когда руки и спина (Лебединое озеро), когда бёдра (Баядерка), когда больше икроножные... Самая неприятная боль может быть, только если работаешь с травмой. Повреждение целостности связок, мышц или сухожилий - уже проблема. Но как говорила мой педагог в училище, все травмы от неправильной работы. До сих пор вникаю в суть сказанного. Артисты балета - странные люди, без боли не могут жить.

На утренний класс прихожу в зал за час. Это уже просто привычка. Не могу сказать, что с особым энтузиазмом встаю утром с кровати, но, скорее, просто понимаю, что надо, так надо. Мышцы нужно подготовить, настроить к нагрузке. Я закачиваю ноги для того, чтобы не работать "на данных". Для меня это важно. И на класее работаю по максимуму. Не просто греюсь, а занимаюсь воспитанием своего аппарата.

 

 Оксана Скорик в балете "Лебединое озеро", фотограф Наташа Разина.



Как Вы преодолеваете волнение на сцене? Какие спектакли самые волнительные и почему?

Сейчас я волнуюсь и нервничаю, если предстоит премьера новой роли. Когда не знаешь ещё, как правильно распределить силы, как стоят декорации, как играет свет. Когда все новое, и детали могут удивить неожиданностью. Вообще небольшой нерв должен быть. Открывается что-то, что даже на репетиции не имело место, было скрыто в глубине. Хочется максимально правдоподобно всё рассказать, наполнить смыслом каждое движение и дать ему слово. Самая физически сложная партия Одетта-Одилия. Всегда. Каждый спектакль, как под электрическим напряжением.

Кто Ваш педагог в Мариинском театре? 

Поступив на работу в труппу Мариинского театра, мне почти сразу поставили репетитора Аюпову Жанну, заместителем художественного руководителя был Махар Хасанович Вазиев. Мы работали над простыми вещами: Жанна прививала мне петербужский стиль. Работали почти по ночам, так как сама она ещё танцевала, а я стояла в кордебалете. Так прошло пол года. Вазиев уехал в Милан, был сложный период в труппе, всё менялось и перестраивалось по видению Фатеева. Со второго сезона меня отдали в чудотворные руки Евтеевой Елены Викторовны. Самый замечательный человек, вот уже седьмой сезон мы работаем вместе. Совмещать кордебалет и готовить сольные партии - это очень сложно. Я не вылезала из залов. И если бы не её поддержка, вера в меня, неутомимость, кто знает, была бы я сейчас тем, кто я есть. Она всегда требовательна. Если начинаем готовить новую партию, сразу говорит все замечания, даже если я ещё первый шаг не сделала. Огромное ей спасибо за все.

Какой тип балерин Вам нравится, если вообще Вам кто-то нравится кроме себя?

Я себе вообще не нравлюсь! Каждый раз смотрю и говорю себе: "мало", "нужно ещё" или "не верю". Хотелось бы доводить до финиша в зале, но иногда Елена Викторовна говорит, что хватит, иначе перегоришь. Такое тоже бывает! В целом, я чувствую, что могу и должна больше. Что я не буду стоять на месте.

Кумиры всегда есть и будут. И как балерины, личности и творцы. Мое восхищение всецело принадлежит Сильви Гиллем. Эталон эталонов. А также Светлане Захаровой. Она состоялась не только как балерина, но и как женщина. Стать мамой - это самое большое человеческое счастье. И я очень надеюсь, что и со мной такая радость случится, с Божьего благословения.

Какой балет Ваш любимый? Партия? Вариация? Почему?

Затрудняюсь ответить, очень сложно конкретизировать! Раньше "Жизель" был для меня чем-то вроде Библии в балете. Чистая, искренняя, наивная и добродушная Жизель - и такие горе и трагедия. А в конце прощение. Здесь, кажется, вся палитра чувств. А главное - любовь. Она движет нами, она смысл жизни, она прощает. Такова Жизель. Когда танцуешь любую партию, берешь свои собственные ощущения за основу. Ты - персонаж, ты испытываешь то же, что и он. Ему больно, и ты испытываешь боль. Самый тяжелый эмоционально для меня был пока что спектакль "Анна Каренина" в постановке Ратманского. В конце было желание действительно лечь под поезд после всего того, что было пережито за два часа на сцене...

 

 Оксана Скорик в балете "Жизель"



Смотрите ли Вы балетные спектакли с другими балеринами?

Очень люблю ходить в театр в качестве зрителя, и не только на балет. Ищу вдохновение, получаю эстетическое удовольствие, как любой сидящий в зале. Иду с положительным настроем не критиковать… не с предвзятым мнением, а чтобы составить свое собственное. У каждой балерины свой внутренний мир, и каждая показывает его по-своему, это всегда интересно! Возможно что-то подсмотреть, какие-то переходы, руки, даже мимику...

Если бы Вы были танцовщиком, партию какого героя Вы бы хотели исполнить?

Как интересно. Наверное, это был бы какой-нибудь добрый славный герой,а не подлец или глупый дурачок, перепутавший свою возлюбленную с другой. Возможно, что Жан де Бриен, самый славный рыцарь. Он честно приснился, натурально выиграл поединок и незамедлительно женился на Раймонде, после чего увез в свой замок. Сказка, но какая хорошая сказка!

С каким танцовщиком прошлого или настоящего Вы бы хотели станцевать вместе?

Повторюсь: сейчас столько талантливых, харизматичных танцовщиков, очень сложно выбрать! Хотелось бы станцевать на одной сцене с Сергеем Полуниным. Мне кажется, что он и как человек, личность интересный. С Денисом Родькиным сложился дуэт, мечтаю украдкой о "Легенде о любви" с ним. Семён Чудин интересный, было бы приятно поработать, Дэвид Холберг - сама галантность! С Вадимом Мунтагировым уже встречались в "Баядерке", “Лебединое” с удовольствием станцевала бы. Вершина айсберга - Леонид Сарафанов. Это супер человек, на которого не действует гравитация! В общем, я всегда за новые поиски, за плодотворное сотрудничество…

 

 Оксана Скорик в балете "Баядерка"

 


Как Вам сообщают о новых ролях? Что Вы чувствуете в этот момент?

О, это самое непонятное, что может быть в Мариинском театре. Представьте,Мариинский театр имеет три площадки. Балет дает спектакль на двух из них. Труппа вооружена маленькой армией солистов и премьеров балета, которые имеют свои амбиции, желания, мечты исполнить какие-то партии или свои планы вне стен театра. И все это должен рассудить наш руководитель... Во время фестиваля "Белые ночи" за месяц может быть дано до 29 балетных представлений. И всем нужно дать работу. Конечно, в таком режиме очень сложно найти время контактировать с артистами, обсуждать планы на будущее и совмещать это с текущими проблемами. Поэтому бывает и так, что ты узнаешь о предстоящей премьере Авроры от человека, который смотрел афишу на будущий месяц. Понимаешь, что осталось три недели, а такая партия готовится далеко не три недели, а основательно за два месяца хотя бы! И тут уж не знаешь, то ли радоваться, то ли плакать. А бывает и так: к тебе подходят из режиссёрского управления, спрашивают, на какое число выписывать репетицию на новую партию. Танцевать уже через неделю, но ты как бы вообще не в курсе. Это самый ужасный расклад, который бывал в моей творческой жизни. Всё-таки особую радость испытываешь, когда тебе ставят премьеру новой роли, чуть не снившуюся некоторое время. Так что в Мариинском театре возможно всё.

Какой дирижёр для Вас идеален?

Я люблю слушать музыку. Знаете, не понимаю, когда просят сыграть то медленнее, то быстрее. Для меня чтобы звучало красиво - вот идеально. Безусловно, иногда во время технических моментов уже договариваешься с маэстро. Не люблю, когда фуэте "садят", это всегда кульминация, здесь должна быть динамика. Показать темп на вращении - всё равно, что заколачивать гвоздь в гвоздь. Играйте - я станцую. Как-то так.

Где вам больше всего понравилось танцевать на гастролях? Какая сцена самая удобная?

Так сразу и не скажу. Когда выходишь на сцену, уже и не обращаешь внимания на освещение, линолеум... Очень приятная сцена и публика бывают на гастролях в Лондоне, Ковен-Гарден. Не весь зал, но половина в нём точно, знающая, видавшая виды критика. Балетоманы. Очень удобный пол!

 

 Оксана Скорик в балете "Дон Кихот"



Были ли у Вас курьезные происшествия, когда вы танцевали?

Ой, в последнее время они зачастились. Вообще чего только не случается на сцене! И за кулисами тоже. Недавно произошла неприятность: оторвалась ленточка! Прямо во время действия. Не развязалась, а именно свисала полметровым канатом с туфли, которая благодаря резинкам, осталась при этом на стопе! Это был "Сон в летнюю ночь" Баланчина. Есть там такие гости на свадьбе, которые без имён, но танцуют тяжелейшее адажио. Так вот мы с Костей Зверевым (дуэт безымянных гостей) так и протанцевали всё это адажио, обходя эту ленточку. Ни разу никто не встал на нее. И станцевали достойно, но только зритель был всецело поглощен интригой...

 

Ваши любимые современные балеты и хореографы? Сложно ли танцевать балеты МакГрегора?

К сожалению, и это большое упущение, у меня не было еще серьёзной работы с хореографами современной хореографии. "Парк" Анжелена Прельжокажа, который есть в репертуаре Мариинского театра, остаётся пока что в планах на будущее. Так же балеты Форсайта. Пока задаюсь целью больше всё-таки танцевать классику. Но сама работа непосредственно в постановке с хореографом тоже интересно. Если всё получится, то в следующем сезоне МакГрегор будет ставить новый балет на сцене Мариинки, это пока что не точная информация. Но я уверена, что это будет что-то новое и интригующее. Он реализует всё пространство сцены: сложные сплетения человеческих тел, музыка, будто из компьютерного мира, игра света.


Что бы Вы хотели станцевать? У Вас уже очень большой репертуар. Хотели бы станцевать Ширин?

Из классики осталась только Аврора. Я к этой роли отношусь предвзято. У артиста должно быть амплуа, танцевать всё на свете невозможно. Но склоняюсь к тому, что это даже необходимость для дальнейшего развития, чем просто набрать весь репертуар Мариинского театра. Ширин? А ведь сначала видели меня в Ширин, но я её не чувствую. Что-то пробовала, но нет - не откликается внутри. “Золушка” Ратманского то, что я бы попробовала… со школы знаю каждую ноту произведения Прокофьева!

От Вашего ранверсе захватывает дух, это Ваше любимое движение? Какие движения самые любимые? Какие самые сложные для Вас?

Для меня сложной является мелкая техника. Ростом вышла в лебедя, ноги длинные, руки такие же, так что виртуозные вещи требуют небывалой концентрации мышления. Предстоит танцевать Сильвию. Это та самая проверка на прочность. Я не хочу сказать, что мне труднее, чем тому, у кого данных меньше или пропорции другие. Хочу сказать, что мне не легче. Собрать свою физику в совокупность, чтобы это не стало уродством, тоже нужно много думать и работать. Большой подъем - это беда. Я на нём никогда не стою. Ни одни пуанты на свете не выдержат такой упор, а, значит, я контролирую его каждую секунду. Это непрерывный процесс в голове. 

Ранверсе? Не знаю, как научилась, так и делаю. Рада, что нравится! Люблю большие прыжки. Всегда мечтала научиться прыгать жете партер какЦискарид зе! Кабриоли - как Терехова Татьяна Геннадьевна.

Любите ли Вы оперу?

Опера - не моя стезя. Этот вопрос остается открытым. Пока я не могу сказать, люблю или нет, просто не лежит душа. В концертах иногда слушаю арии из известных произведений, но не могу слушать, как поют на иностранном языке и ничего не понятно. Другое дело балет: движения всегда сами говорят за себя, здесь не нужны слова.

Что Вам снится?

Снятся обычные сны. Балет вижу очень редко. Иногда случится кошмар: я выхожу на сцену и не знаю, что делать. Видимо, отклик кордебалетной практики. Один из страхов - забыть порядок.

 

 


Oksana Skorik, Andrey Ermakov - Raymonda - Dream adagio

 

Oksana Skorik and Timur Askerov - Grand Pas Classique  

 

 Oksana Skorik, Evgeniy Ivanchenko - Giselle 

Please reload

Дизайн и создание сайта - Татьяна Сварицевич

© Копирование редакционных материалов сайта запрещено по закону об авторском праве.

При цитировании ссылка на журнал «Voci dell'Opera» и указание автора материала обязательны.