Екатерина Серебрякова: "Эмоции не бывают плохими или хорошими, они могут быть неискреннимия"


Щелкунчик. Альберт Загретдинов, Елизавета Мислер.

Наша беседа с талантливым театральным фотографом Екатериной Серебряковой: о пуантах, высоких нотах, переходных позах, щелчке затвора и любимых спектаклях. В чём специфика профессии балетного фотографа? Учат ли балетных фотографов разбираться в балете, хотя бы в его основах? Специфика балетного фотографа как в том, что нужно разбираться в этой сложной профессии под названием «балет». Наверное, это звучит излишне категорично, но иначе и не скажешь. Есть чёткое деление в терминах «пляска», «танец» и «балет». К сожалению, даже Википедия говорит, что балет - это пляска и пантомима, что в корне неверно. В пляске движения хаотичные, а в балете для каждой позиции есть обозначение и название на французском языке. Балетный фотограф обязан отдавать себе в этом отчёт и держать в голове (желательно) «картинки» этих позиций. Этому есть понятное объяснение: раньше снимали на плёночную технику, она слегка опаздывала по сравнению с движением человека. Сейчас снимают на цифровую, и она опережает… Вывод напрашивается сам. И в том, и в другом случае фотокадр может попасть в переходную позу и выставить танцовщика в негативном свете. Не думаю, что можно, поставив человека в неловкое положение, грубо говоря, его «подставив», гордиться своей работой и полученным снимком. Подчеркнуть красоту грамотно исполненного классического танца и есть задача настоящего балетного фотографа. Увы, в настоящее время многие пресс-службы театров приглашают снимать танец не людей, разбирающихся в этом виде искусства, а, например, своих знакомых или «Васю, который красиво снимает девочек в студии и свадьбы». Результат часто виден на сайтах театров, когда на фотографии танцовщиков просто без слёз не взглянешь. Наверняка, пресс служба старалась, и кому-то там кажется, что снимок «красивый» - на нем есть эффект боке, например, развевающаяся пачка, крупным планом пуанты. А смотришь – на снимке лебедь не стоит на пятаке, ноги не в пятой позиции, корпус как-то слишком перегнут. Что хотел сказать фотограф? Что хотела сказать пресс-служба, размещая этот снимок на сайте театра? Ох, одни вопросы. Я всегда вспоминаю известного балетного критика Слонимского, который, для того, чтобы грамотно писать о балете, сам встал к балетному станку и делал экзерсисы. К сожалению, никакого обучения именно театральной съемке у нас в стране нет. Лично я пришла в балетную фотографию из балетной журналистики, а потом и критики. Не так давно я получила сертификат об обучении на курсе «Балет и современный танец», который организовал центр Мейерхольда совместно с премией «Золотая маска». И там нас учили и основам балетного танца, и азбуке его движений.

Ольга Быкова и Иван Тараканов. Щелкунчик.

Как Вы выбираете ракурс во время спектаклей? Где Вы обычно находитесь во время съёмки? Я люблю снимать именно во время спектакля, причём я глубоко убеждена, что любой спектакль (в том числе драматический) нужно снимать не один раз – когда знаешь все «подводные камни» мизансцен, освещения, когда танцовщики не бояться ошибиться в порядке движений, а могут полностью отдаться образу роли. Выбор ракурсов для фотографов небольшой – или по бокам сцены (если позволяет зал), или посередине в конце зала. За кулисами я снимать не люблю, наверное, потому, что в мою задачу входит съёмка самого танца, а не закулисная жизнь. Хотя последнее, чаще всего, даёт фотографу больше шансов заявить о себе, показать, что он вхож в «святая святых». Я люблю вспоминать комплимент, который мне однажды написали под моим снимком: «Видно, что у вас работают творчески честные люди!». Я хочу, чтобы мои скромные способности позволили мне бы и дальше передавать это ощущение в отношении всех, кто попадает ко мне в объектив.

Фарух Рузиматов, Елена Воробьева.

Не мешают ли Вам окружающие во время Вашей работы? Мне – нет. Больше всего я боюсь кому-то помешать. Поэтому выхожу в зал всегда в тёмной одежде, чтобы, когда погаснет свет, меня не было видно. Специально в своё время сделала выбор в пользу фототехники Сони, именно за счёт того, что в ней щелчок затвора звучит гораздо тише. Есть балеты, которые фотографировать легко? И наоборот, очень сложно? Ваш любимый балет с этой точки зрения? Штатный фотограф журнала «Балет» Дмитрий Куликов любил шутить: «Балет не получился, плохое освещение». Поэтому, мне кажется, «Дон Кихот», кроме сцены с театральным представлением, идеален для начинающих фотографов. Свет ровный, чистый, можно не думать о настройках камеры. И пусть с первого раза не получатся все прыжки, красивые кадры всё равно будут. Кем из современных балетных фотографов Вы восхищаетесь? Восхищаюсь – сказать не могу. Наверное, когда я смотрю на снимок, я думаю, чему я могу научиться. Мне очень нравится, как работают Ник Круссер в Санкт-Петербурге и Виктор Дмитриев в Новосибирске. У Ника удивительный взгляд и интересная раскадровка, а Виктор - удивительный трудоголик, знакома с его работами еще из ЖЖ много лет назад. Мне кажется, у него чутьё балетной эстетики. Вообще, я рекомендую всем вступить в группу ФБ «Театральная фотография», где часто выкладываются очень интересные фотоработы.

Фарух Рузиматов

Как Вы совершенствуете своё мастерство? Учусь. Наблюдаю. Спрашиваю. Какими Вашими фотографиями Вы больше всего гордитесь? Чем они важны для Вас? У меня нет снимков, которые, с точки зрения именно моей работы, удовлетворяли бы меня всегда. Но, безусловно, я очень горжусь съёмкой балета «Драма на охоте», которая позволила труппе Ростовского Музыкального театра быть достойно представленной и на сайте Большого театра, и на всех афишных Московских ресурсов. Очень бережно отношусь к съёмке в Киевском театре оперы и балета в апреле 2014 года. Это получилось как-то случайно, я была в этом городе всего два дня и не могла, конечно же, не пойти в театр. Давали «Дон Кихот». И мне разрешили «немножко поснимать». Это был волшебный подарок, о котором я буду вспоминать всю жизнь. Что Вы стремитесь показать в Ваших фотографиях? Красоту правильно исполненного классического танца.

Мари Ито, Анатолий Устимов. Лебединое озеро.

Кто Ваша любимая модель для съёмки? Вся труппа Ростовского Музыкального театра. И всегда буду благодарна художественному руководителю и директору театра Вячеславу Митрофановичу Кущеву и директору труппы Сергею Владимировичу Горбатову за то, что в меня поверили, и дали возможность постигать азы балетной фотосъемки. Вы знаете, что я очень люблю серию Ваших фотографий Оксаны Скорик в Ростовском театре в балете “Жизель”. Какие впечатления у Вас остались после этого спектакля? Спасибо большое, мне это очень приятно. Надо сразу сказать, что я очень люблю балет «Жизель» и пересмотрела в этой партии много балерин – как титулованных, так и нет. Но из них две мне запомнились больше всего. Самый первый спектакль, который я видела, был на сцене Большого театра, и в партии Жизели танцевала Надежда Павлова. Намного позже мои близкие друзья, чтобы меня поддержать в трудную минуту и зная мое особенное отношение к этому балету, специально купили билеты на спектакль с участием Натальи Осиповой. Спектакль с участием Оксаны я впишу в ряд своих эстетических балетных удовольствий. Она буквально подкупила своей какой-то удивительной тонкостью балетных линий и изяществом движений. У неё очень красивые удлиненные стопы. От спектакля осталось очень светлое впечатление.

Успеваете ли Вы во время своей работы насладиться красотой спектакля в полной мере? Не помню, кто сказал: «Для того, чтобы балетная фотография получилась хорошо, фотограф должен танцевать вместе с танцовщиком». Для меня съёмка - выражение душевного порыва. Я никогда не отношусь к съёмке во время спектакля чисто технически. Напротив, объектив помогает увидеть детали, слишком далекие для невооруженного глаза. Какие балеты Вам нравятся как зрителю? Наверное, если я скажу, что все, Вы, наверняка, улыбнетесь. Мне нравится движение как эмоция, выражаемая танцовщиком. Например, в балетах Анжелена Прельжокажа они одни, в балетах Петипа – другие. Ведь эмоции не бывают плохими или хорошими, они могут быть неискренними. Могли бы когда-нибудь сфотографировать оперу? Каковы особенность фотографирования оперы? Оперу я люблю, точно так же, как и любой другой тип выразительного искусства. Я не только смогла бы – я с радостью это делаю, точно так же, как снимаю и драматические спектакли. Легче сказать «не могу». Везде есть свои нюансы. Так, например, не стоит снимать певца в тот момент, когда он берет самую верхнюю или нижнюю для себя ноту – лицо может быть перекошенным, рот слишком открыт, а ещё у некоторых есть привычка приседать в этот момент. Театральная фотография - очень тонкая вещь. Вы можете снять спектакль, полный эмоций и душевной красоты, а можете странных разряженных людей в гриме, которые непонятно чем занимаются. И есть только один рецепт. Как говорил Белинский: «О, ступайте, ступайте в театр, живите и умрите в нём, если можете!»

Гамлет. Мари Ито, Константин Ушаков.

Дизайн и создание сайта - Татьяна Сварицевич

© Копирование редакционных материалов сайта запрещено по закону об авторском праве.

При цитировании ссылка на журнал «Voci dell'Opera» и указание автора материала обязательны.