Дмитрий Болтунов-Потоцкий: "Вполне возможно за один день выучить целый балет"


Как работают балетные артисты? Как учат свои партии? Как репетируют с оркестром? В чём сложности работы в сценических костюмах и балетной обуви? Как восстановиться после травм? Чем отличаются балетные школы Москвы и Петербурга? Что общего между танцовщиками из России и зарубежными артистами? Обо всём этом и многом другом мы поговорили с Дмитрием Болтуновым-Потоцким, артистом балета, педагогом и хореографом.

Дмитрий, как Вы пришли в балет? Кто привел? Что стало стимулом?

В балет я пришёл в очень раннем возрасте. Меня привела мама, вслед за сестрой. Ей было 8-9 лет, а мне всего пять. Тогда ещё я ничего не понимал. Это была балетная школа Ледяха (ныне "Школа классического танца под руководством Геннадия и Ларисы Ледях"). Мы там занимались растяжками, садились на шпагат, становились на мостик, выполняли самые простые упражнения. Всё, чем занимаются с малышами. За время учёбы я переходил то во МГАХ ("Московская государственная академия хореографии"), то возвращался обратно в школу Ледяха. В результате закончил оба учреждения по разным специальностям. Во МГАХ получил высшее образование по специальности "Искусство хореографа".

Когда поняли, что хотите стать артистом балета?

На первом курсе. То есть после 9 класса появилось какое-то осознанное отношение к балету. Уже тогда решил для себя и уже точно знал, что я буду танцевать. Это достаточно поздно, несмотря на то, что я был одним из лучших в классе. Это совпало с началом обучения модерну.

Модерн помог потом в работе? В классическом танце?

Да! Очень сильно. Современный танец учит чувствовать каждую свою мышцу, каждую точку своего тела, каждую клетку, учит правильно дышать, чтобы тело тебе подчинялось беспрекословно. Артистов, у которых не было нормального преподавания современного танца, сразу видно на сцене. Они зажаты, не всегда органично управляют своим телом, не всегда красиво прорабатывают движения. Люди, занимавшиеся современным танцем, очень раскрепощены, они легко двигаются и органично смотрятся на сцене.

Вы учились и в Москве, и в Петербурге. Есть разница в методиках обучения?

Раньше были такие понятия, как "Питерская школа", "Московская рука" и прочее. Сейчас уже всё унифицировано - стираются границы, и сейчас нельзя сказать, что какая-то из школ Москвы или Петербурга сильнее, какая-то слабее. Везде приблизительно одинаково. Интересно, что ребята из регионов или небольших школ, где нет такой гонки за статусом, намного более приспособлены для работы в театре. Они возможно немного слабее в технике, но они быстро обучаются, схватывают материал, легко переучиваются.

Работали когда-нибудь с ребятами, которые учились в балетных школах за рубежом? Сталкивались с зарубежными обучением?

За рубежом стёрты рамки. Я не могу сказать, что там существуют понятия "классический танцовщик" или "не классический". Там танцовщик-универсал. Пожалуй, за исключением школы Гранд Опера - это балетные машины. За границей нет отсеивания. Приходят учиться все. Совершенно другой подход у педагога: y них задача "научить". И неважно, как выглядит ученик, сколько весит, какими данными обладает. В Германии существует практика съёмки на видео. Потом видеоматериал просматривается и разбирается. Дети сами видят свои ошибки. Это хороший, разумный подход.