"Из грязи в князи": "Князь Игорь" в Париже


17 декабря должна была состояться трансляция оперы Бородина “Князь Игорь” в постановке Барри Коски из Парижской оперы в кино, однако, к сожалению, она была отменена в связи с массовыми забастовками во Франции. Наш корреспондент Ольга Ершова рассказала, много ли мы потеряли, не увидев трансляцию.

Когда Парижская опера объявила планы на новый театральный сезон, меломаны ждали премьеру оперы «Князь Игорь» больше всего. Во-первых, потому, что эту оперу редко ставят в наших театрах, во-вторых, всем была интересна новая режиссерская работа известного оперного режиссера Барри Коски, несколько последних спектаклей которого прошли с большим успехом и удостоились почётных оперных премий.

Мне, например, очень понравились все его работы, которые я успела до этого посмотреть: «Нюрнбергские мейстерзингеры» на вагнеровском фестивале в Байройте, барочная опера «Агриппина» в Баварской опере и «Кармен» в Ковент Гарден. Когда я ехала на премьеру оперы «Князь Игорь» в Париж, я нисколько не сомневалась в том, что и на этот раз Барри придумает что-то красивое (как «Агриппина»), с необычной идеей (как горилла в «Кармен») и со вниманием к деталям (как декорация виллы Вагнера в «Нюрнбергских мейстерзингеров»). К сожалению, в этот раз у талантливого Коски что-то пошло не так. Наверное, так вышло потому, что весельчак Барри, специализирующийся на комических операх, попытался сделать из «Князя Игоря» что-то смешное. А получилось насмешливое…

Итак, действие оперы из 12-го века перенесли в век 20-й, в «лихие 90-е. Главные персонажи в этой постановке – не русские и половецкие князья, как вы изначально могли бы подумать, а предводители людей, одетых в камуфляжную форму и вооруженных огнестрельным оружием. Сложно понять: то ли это боевики, то ли десантники – но язык не повернется назвать их боярами и княжеским войском.

Князь Игорь (бас Ильдар Абдразаков) в этой постановке всё время в грязи. В первом акте он восседает на троне в грязной камуфляжной форме, а по его голым рукам стекает черная грязь. Во втором акте в половецком плену он в основном лежит или ползет в окровавленной одежде и с окровавленным лицом. Возможно, Барри Коски слышал русскую пословицу «Из грязи в князи» и обыграл ее таким странным образом.

Князь Галицкий (бас Дмитрий Ульянов) в отличие от своего родственника князя Игоря в этой постановке не боевик, а лощеный владелец виллы, одетый в синий пиджак и цветную рубашку с бутылкой спиртного в руке. Боевики (они же бояре) на его вилле пьянствуют, купаются в бассейне и занимаются приготовлением жаркого из поросенка.

Княгине Ярославне (сопрано Елене Стихиной) в этой постановке досталась роль, которую можно обобщить фразой «надо много ходить»: пока любимый муж воюет, она бродит неприкаянная по вилле взбалмошного родственника мужа, а потом бредет по дороге с рюкзаком и чемоданом в поисках князя Игоря, бежавшего из половецкого плена.

У половецкой княжны Кончаковны (меццо-сопрано Анита Рачвелишвили) роль еще проще – «выйти и спеть»: княжна влюбилась в пленника князя Владимира (тенор Павел Чернох) и в мрачном подвале с окровавленными стенами спела и свою прекрасную арию, и красивый любовный дуэт вместе с князем Владимиром.