Возрождение шедевра Мейербера в Deutsche Oper Berlin


“В богатстве, свежести и разнообразии мелодий «Пророк» не может равняться с «Робертом»; в потрясающей силе драматического выражения он не достигает «Гугенотов», которых я считаю лучшим произведением Мейербера; но он весь ровнее, выдержаннее; на нем лежит печать строгого и ясного величия. Это произведение человека уже не молодого, даже стареющего, но человека, вполне овладевшего всем богатством собственного таланта”, — так отзывался об опере Джакомо Мейербера Иван Сергеевич Тургенев, присутствовавший на первом ее исполнении 1849 года в Париже, где великая Полина Виардо пела партию Фидес.

В Deutsche Oper Berlin премьера новой постановки большой оперы Мейербера состоялась в минувшее воскресенье, 26 ноября. Появление этого малоизвестного произведения на сцене европейского театра именно в 2017 году кажется не случайным. События, положенные в основу оперы, перекликаются с важнейшими юбилеями года: 500-летием Реформации, даты раскола западного христианства и появления протестантизма, и 100-летием со дня Русской революции. Судите сами: в центре сюжета “Пророка” — борьба анабаптистов с властью аристократии, разделившая страну на “своих” и “чужих, сопутствующие ей жестокие кровавые бои, сомнения в правильности избранного пути и размышления на тему: “Что есть истина, приближающая меня к Создателю?”.

Постановщиком спектакля выступил французский режиссер Оливье Пи, известный своей работой над другой оперой Мейербера – „Гугенотами“, которую он ставил для театра La Monnaie в 2011 году. Стоит сказать, что выполненная им режиссура “Пророка” очень напомнила увиденного в Deutsche Oper Berlin “Лоэнгрина” Каспера Холтена: бутафорские ангельские крылья за спиной, неоднозначность образа главного героя, странное отношение к женщинам, темно-серая цветовая гамма, массовка солдат в камуфляже, игра со вспышками света… Правда, в “Лоэнгрине” так или иначе присутствовал намек на некую историческую эпоху, здесь же перед нами эдакое отдельно взятое государство без названия и каких-либо опознавательных признаков. Мои знакомые в свою очередь увидели в постановке “Пророка” черты “Нормы” Дэвида МакВикара и “Трубадура” в режиссуре того же Пи. Хотя, возможно, я излишне придираюсь, забывая о том, что почти все нынешние оперы, выполненные в “современном ключе”, похожи между собой как братья-близнецы.

Не буду долго распыляться насчет целесообразности режиссерских решений, поскольку в наше время радостно становится уже тогда, когда режиссура мешает восприятию оперы “не сильно”. Можно сказать, что в случае “Пророка” Пи так все и было. Правда, несколько комичным и наигранным выглядело избыточное размахивание пистолетами, особенно в сочетании с высоким слогом исполняемого певцами текста, а 10-минутная эротическая сцена в последнем действии оперы спутала все карты и отвлекла от чтения субтитров. Кроме того, финал оперы получился у Пи весьма неожиданным, отличным от либретто, что, думается мне, допустимо, если подобные эксперименты не противоречат идеям авторов.

Что касается исполнителей, не могу сказать, что кто-то блистал. Пожалуй, можно отметить Seth Carico в роли графа Оберталя, который и внешне как нельзя лучше соответ