top of page

"Лебединое озеро". Два юбилея.


Оксана Кардаш. Фото Карины Житковой



«Лебединому озеру» В.П. Бурмейстера, одному из старейших классических балетов московской сцены, исполнилось в апреле 70 лет. Музыкальный театр им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко, дом Бурмейстера, отметил круглую дату в новостях, а торжественный спектакль отложил до другой круглой даты – до 75-летия Маргариты Сергеевны Дроздовой. Младшая из бурмейстеровских балерин, разучившая партию Одетты-Одиллии с самим хореографом, Маргарита Сергеевна сегодня – ведущий педагог-репетитор и хранитель наследия театра.


К ее праздничному вечеру «Лебединое озеро» хорошенько «почистили» и частично реставрировали, вспомнив то, что забылось или исказилось за годы показов.


В первом акте Владетельная принцесса снова стала строгой и церемонной хозяйкой замка, блюдущей порядок в жизни сына. В финал третьего акта вернулись гигантские крылья, вырастающие из рук Ротбарта. Злой волшебник налетает на принца, обернувшись коршуном, как то задумал и поставил Бурмейстер.


Фото Карины Житковой



Во второй картине, сбивавшейся на «общелебединый» стиль, вновь чувствуется рука П.А. Гусева, работавшего с труппой Музыкального театра над этой классической частью спектакля. Хореография Л.И. Иванова как бы пропущена через опыт ранней неоклассики 1920-х годов, ее пространственная и композиционная симметрия возведены в абсолют. В мягко колеблющемся танце выявлена бескомпромиссная логика комбинаций и рисунков. Задача изображать озеро оставлена декорации с плывущими лебедями и скалой, отодвинутой в глубину сцены. Впереди, на черном планшете, в раме черных кулис движения делают зримым зачарованный мир, слышимый в музыке П.И. Чайковского.


В последнем действии, образце неоклассики 1950-х, заново выровненные диагонали, любимые Бурмейстером построения кордебалета, тянутся бесконечно. Лебеди парят над озером и скользят по воде.


Вечером 6 июня балеринскую партию поделили по актам три ученицы М.С. Дроздовой. Оксана Кардаш, пять лет назад танцевавшая в честь педагога весь спектакль, вышла во второй картине. В третьей, на балу, ее сменила в образе Одиллии Ксения Шевцова. Страдающей, а затем – спасенной Одеттой в финале была Ксения Рыжкова.


Иван Михалев и Ксения Шевцова. Фото Сергея Родионова.



И Шевцова, и Кардаш исполняют «Лебединое озеро» регулярно, и, строго говоря, оценивать их нужно по полному балету. Но Оксана никогда не повторяет себя в точности, потому пару слов стоит написать и про это ее выступление.


Обычно танец ее Одетты отливает холодным серебром. В крутых поворотах корпуса, высящегося над тюником, в острых взмахах рук, в изгибе колен живут неверные озерные тени. На сей раз ее руки вились, сплетались и раскрывались как цветочные стебли. Образ водного цветка, растущего из дна, увлекаемого водными потоками, становился совершенно наглядным, когда Одетта склонялась в одну и другую сторону, заслоняя собой лебединую стаю.


Оксана Кардаш. Фото Сергея Родионова



Она не боялась Зигфрида, верила ему, искала и находила в нем опору. В адажио, подавшись вперед всем телом, она так же всем телом, всем существом своим оборачивалась назад, льнула к принцу. Поднявшись из его объятий, сходила с пальцев на стопу и вытягивалась почти параллельно сцене в arabesque penché – готовая навсегда остаться здесь, связать с Зигфридом судьбу. В последней части адажио она откидывалась корпусом на грудь принца и поднимала к небу прекрасные глаза, привыкшие плакать, но сейчас полные надежды.


Оксана Кардаш и Иван Михалев. Фото Светланы Аввакум



Побочной темой партии Одетты проходила геометрия чистой классики, державшая ее в плену больших сиссонов (средний раздел адажио), ecartée и катящихся по косой туров (вариация), в плену движений-символов, шифрующих живую речь души.


Две темы сталкивались в финальных фрагментах картины. Кода была мигом торжества, «мгновением абсолютного счастья» Одетты. Счастье играло и билось в entrechat. Но вот вступал лебединый мотив и, широко расправив руки, королева лебедей скрывалась у скалы, не способная ничего сказать Зигфриду на прощание, запертая от него в озерном мире.


Разорвать путы в третьем акте выпало Одетте Ксении Рыжковой. В начале карьеры она станцевала несколько «Лебединых озер» в Музыкальном театре, однако основные ее выступления состоялись позже, в Баварском государственном балете, в постановке Рея Барры. К московскому спектаклю она вернулась, обогащенная новым профессиональным опытом, и, что немаловажно, сохранив прежний. Ксении по силам специфика бурмейстеровского адажио со сложными переменами поз на руках у партнера, с разреженными танцевальными фразами, в которых движения корпуса, рук, головы уравнены в значении с классическими па. Сильная, трагичная, ее Одетта и в сказочном апофеозе помнила о пережитом.


Ксения Рыжкова. Фото Сергея Родионова



Юбилейный вечер закончился овацией. Аплодировали всем трем балеринам, но больше всех – их общему педагогу. В благодарность за то, что сделано, в ожидании того, что еще будет сделано для театра.


Маргарита Дроздова с Оксаной Кардаш, Ксенией Рыжковой и Ксенией Шевцовой. Фото Сергея Родионова


 

Текст: Андрей Галкин

Comentários


bottom of page