top of page

Волшебство наяву: «Золушка» Массне в Новой Опере



3 марта в Московском театре «Новая Опера» им. Е.В. Колобова впервые после премьеры на прошлогоднем Крещенском Фестивале прозвучала «Золушка» Жюля Массне — снова в концертном исполнении, но теперь в частично обновленном составе. Партию Принца Шармана впервые спела солистка труппы Анна Синицына, а Фею — Елена Терентьева. За дирижерским пультом в этот раз стоял Андрей Лебедев. Филипп Геллер считает, что именно сейчас опера по-настоящему открылась московской публике.


В этом сочинении есть место феерии и волшебству, чувственной и сладкой лирике, возвышающей и уносящей слушателя в поднебесные дали. Композитор не обошел вниманием и акварельно-насмешливую стилизацию под музыку эпохи Людовика XVI.


Вместе с либреттистом Анри Каэном Массне углубил сюжет старинной сказки Шарля Перро в духе времени— Золушка здесь не просто замарашка, ставшая принцессой, а чуть ли не героиня декаданса, полная страданий и желающая неземной любви. Она решает покончить жизнь самоубийством из-за оговора Принца мачехой (здесь ее зовут Мадам де ла Альтьер). Кстати, одна из главных изюминок оперы — партия Шармана («очаровательный» в переводе с французского, именно так зовут Принца) написана для сопрано а-ля Фалькон (голос назван в честь певицы, у которой был характерный тембр с полнозвучными низкими нотами), но в нынешней практике ее исполняют меццо-сопрано.


Кульминацией оперы становится сцена в волшебном лесу, где главные герои в экзальтированно-страстном порыве сначала клянутся претерпеть страдания и умереть ради друг друга, но Фея-крестная спасает обоих и соединяет их сердца.



Предложенные условия концертного исполнения как нельзя лучше подошли «Золушке». Но она не стала концертом в костюмах. Многие артисты полноценно взаимодействовали друг с другом и создавали образы не только вокально, но и актерски. Особенно выделялась колоритная Александра Саульская-Шулятьева — совершенно уморительная в своей заносчивости и напускном высокомерии. Отрадно было снова услышать ее в этой партии (на данный момент, это единственная большая роль артистки, так как она, в основном, поет небольшие характерные партии) — за год ее героиня явно набралась смелости, куража, в ней появилось много интересных деталей и нюансов. Обогатился и голос — он звучал очень ровно по всему диапазону, невероятное удовольствие доставляли бархатные низкие нотки.



Открытием стало выступление артистки труппы Анны Синицыной в партии Принца Шармана. В прошлый раз эту роль доверили приглашенной певице из Европы — Антуаннете Деннефельд, которая чуть не испортила спектакль своим бесконечным вибрато и отсутствием техники. Сейчас оказалось, что в Новой Опере есть вокалистка, прекрасно понимающая французскую стилистику и обладающая голосом, необходимым именно для этой партии. У Синицыной — редчайший тембр: по-настоящему медовый, благородный и весьма изящный. Однако при этом у нее очень сильный голос, легко справляющийся с тесситурными сложностями. Чувствуется, что ее конек — это именно европейский репертуар. Шарман Синицыной — романтический молодой человек, нежный (ну не сможет тенор спеть эту партию так, как дама!) и чистый душой, чуть рафинированный и мечтающий о возвышенной любви.


Великолепна Елизавета Соина — Золушка (у Массне ее зовут Люсетта). Героиня артистки — образец французского стиля La Belle Epoque. У Золушки Соиной совершенно не детская душа, она воплощает собой жертвенность и страдание во имя счастья на небесах (которое все же по правилам сказки происходит на земле).


Сочетание двух женских голосов на протяжении всего спектакля (тесситурно, в данном случае, весьма близких друг другу) создавало невероятный романтически-приподнятый, местами даже откровенно эротический дуэт.



Приятным сюрпризом стало дебютное выступление Елены Терентьевой в роли Феи. Невероятно сложная партия, написанная для лирико-колоратурного сопрано, насыщена неудобными пассажами, прихотливым ритмом, убийственными верхушками, нашла в ней нужную исполнительницу. Голос Терентьевой, хрустальный и легкий, в прямом смысле взлетал над оркестром, парил и увлекал за собой в волшебные дали... «Диво дивное, чудо чудное» — и только! Сказочный настрой создавали и великолепные платья от кутюрье, в которых певица казалась совершенно неземным существом.


Оркестр под управлением Андрея Лебедева демонстрировал несколько иной подход к Массне, нежели это было на премьере в 2022 году. Да, чарующая прелесть музыки композитора была на месте, однако француз теперь приобрел некоторую рациональность и упорядоченность — Лебедеву всегда свойственен продуманный расчет и некоторая сдержанность. Досаду вызвали купюры танцев второго акта. Причина их «исчезновения» понятна: на сцене нет никакого действия, звучит только оркестр. И публика недоумевает, что происходит и что ей делать в этот момент (примерно такое же ощущение в зале было во время концертного исполнения «Жизни за царя» Глинки).


Сценическое воплощение, несмотря на лаконизм оформления, создавало нужный волшебный колорит — в основном, благодаря мастерски осуществленной работе со светом. «Золушка» Массне предстала во всем своем целомудренном великолепии — сила потрясающей музыки убедила в том, что этому сочинению не нужна художественная оправа и режиссерские изыски.



 

Текст: Филипп Геллер

Фотографии: Кирилл Лаврентьев, Виктор Батищев, Ольга Пурчинская

Commentaires


bottom of page